Исландия: причины островного евроскепсиса

Исландия: причины островного евроскепсиса

В марте прошлого года Исландия отозвала заявку на вступление в Евросоюз, поданную в 2009 году.
В результате прошлогоднего референдума в Швейцарии отозвана просьба о вступлении альпийской конфедерации в Евросоюз, поданная в 1992 году.
Норвегия подала ходатайство о вступлении в Евросоюз ещё в 1962. Два референдума в скандинавском королевстве (1972 и 1994 гг.) отвергли данную идею, новых плебисцитов пока не планируется.

Три значительных и развитых европейских государства, по большинству социально-экономических показателей превосходящие средний уровень ЕС, отказались от бюрократических рамок европейской интеграции. Ещё до голосования в Соединённом королевстве с вердиктом «Brexit!» по его итогам.
При этом связи Норвегии, Швейцарии и Исландии с Евросоюзом чрезвычайно многообразны и критично важны. Ничуть не меньше, чем для Великобритании (если не больше). Торговый оборот троицы «евроскептиков» со странами ЕС составляет от 70 до 90 процентов. Наличествует свобода пересечения границ для людей, капиталов, инвестиций. Существует масса совместных проектов во всех областях государственной, коммерческой, туристической, общественной, гуманитарной, любой законной деятельности. В XXI веке эта масса продолжает расти, одновременно с отчуждением от Брюсселя.

Высокий уровень жизни, примат толерантной терпимости, плюрализм и демократия свойственны трём евро-отказникам в куда большей степени, нежели прибалтийским участникам ЕС. Где существует феноменальный статус «неграждан» у сотен тысяч коренных жителей. Сравнивать криминальную обстановку в Швейцарии и Косово попросту нельзя – а ведь бывшая часть Сербии является официальным соискателем ближайшей вакансии в ЕС!
В коррупционном плане Исландия преподала урок политической наивности всему миру весной этого года. Скандал панамских оффшоров спровоцировал уход со своего поста исландского президента – первую и последнюю громкую отставку среди западных и прозападных элит. Более никто из европейских лидеров, лично или семейно погрязших в оффшорных делах, от своих полномочий не отказался. Кроме прочего, Норвегия с Исландией – основатели и участники блока НАТО, прочно интегрированные в атлантические и европейские структуры безопасности (или нападения, что вернее). Интеграция под крылышко Брюсселя ими отвергается.

Общие причины евроскепсиса норвежцев, исландцев, британцев и швейцарцев очевидны. Эти страны экономически и финансово самодостаточны, пусть и пронизаны сотрудничеством с Евросоюзом. Развитые, богатые, благополучные государства утратили интерес к поддержке государств бедных и проблемных – чьё число растёт как результат бездумного расширения ЕС. Пример неистощимых ассигнований на нужды греческого дефолта отрезвил многих европейцев – как в составе ЕС, так и за его пределами.
Плюс требуются значительные средства на содержании брюссельской бюрократии, чьи аппетиты растут быстрее расширения ЕС.
Плюс эта бюрократия генерирует новые запретительно-ограничительные нормативы для бизнеса с завидным постоянством.
Плюс развитие миграционного кризиса в Европе вызвало крупный конфликт внутри ЕС. Страны с мононациональным и/или небольшим населением открыто саботируют размещение мигрантов на своей земле. Собственно, всего несколько участников Евросоюза поставили декларативные ценности выше прагматичных национальных интересов – в результате Германия, Швеция и Италия пострадали и пострадают сильнее всех изоляционистов.

Причины исландского евроскепсиса главным образом связаны с двумя последними факторами.
Заявку на вступление в «единую семью европейских народов» Исландия подала позже всех в западной Европе. В 2009 году, в условиях тяжелых последствий мирового финансового кризиса. Банковская отрасль холодного острова пребывала в стадии болезненного окоченения. ЕС предварительно согласился помочь валютными вливаниями. Но по рецептуре МВФ и на весьма жестких условиях, по классическому принципу «Деньги потом».

От Исландии потребовали компенсировать потери банковских вкладчиков – корпоративных и частных. Обязали ввести квоты на вылов рыбы в исландской экономической зоне. И призвали привести свою законодательную базу вкупе с государственной практикой к общему европейскому знаменателю.
Каждый из трех шагов в ЕС привёл бы к необратимым изменениям для Исландии ещё по дороге в Евросоюз. Выполнение всех рекомендаций Брюсселя переформатировало бы островное государство до полной неузнаваемости.

Мировой кризис 2008 года нанёс серьёзный удар именно по банковской системе Исландии. За счёт развития рынка финансовых услуг ВВП страны вырос вдвое с начала века и на докризисный уровень так и не вернулся. Однако исландские власти минимизировали ущерб развитием реального сектора экономики – не только традиционного рыболовства, но строительством алюминиевых и серных заводов, предприятий обрабатывающей промышленности, туризмом, геотермальной энергетикой. Рейкьявик отказался от кредитной иглы и оказался прав уже в среднесрочной перспективе. Островное государство выбирается из кризисной ямы медленно, но гири навязанных долгов не тянут его вниз.

За право единоличного промысла рыбы в прилегающих морях Исландия натуральным образом воевала. Первый и последний раз в своей независимой истории. Причем воевала с Великобританией, своим партнёром по НАТО и бегству от ЕС.
«Тресковые войны» 50-ых и 70-ых годов прошлого века сопровождались перестрелками исландской береговой охраны с британскими боевыми кораблями, опасным маневрированием мореходов и дипломатов, взаимными обвинениями и геополитическим шантажом. Исландия отстояла свою треску не только от притязаний Соединённого королевства, но и от тралов ФРГ и прочих европейцев. Угрожая выдворить единственную базу НАТО в северной Атлантике, намекая на возможность её аренды СССР. Исключительная рыбопромысловая зона Исландии увеличилась с 5 до 200 (!) морских миль – заложив основу для всей исландской экономики. Квоты на вылов рыбы и морепродуктов категорически не устраивают ни исландские власти, ни население страны.

Население Исландии составляет всего 333 тысячи человек. Страна заселена всего тысячу лет назад и жизнь в этом краю всегда была тяжелой, изматывающей, зачастую короткой и опасной. В начале XVII века Исландию населяло 50 тысяч человек – спустя 130 лет их число осталось прежним. Одна эпидемия, гибель рыболовной флотилии, перебои со снабжением острова становились фатальными демографическими факторами. Страна льдов и гейзеров получила независимость лишь 72 года назад. На тот момент Исландия обладала всего 125 тысячами граждан.

Небольшое государство на окраине континента отличает уникальная для современной Европы демографическая тенденция. Население Исландии неуклонно возрастает, причём исключительно за счёт естественного прироста коренных исландцев. Ни одна европейская страна не может похвастаться подобным достижением. Вообще термин «исландец» обозначает как гражданство, так и национальность в 99% случаев. Оставшийся процент выбран по большей части шведами датчанами и норвежцами – гражданами бывших метрополий, близкими по культуре и языку скандинавами.
Специальных мер по стимуляции рождаемости на правительственном уровне в Исландии не принималось никогда. Здесь разрешены аборты и отношение общества к ним вполне терпимое. Количество смешанных браков ничтожно. Исландская молодежь не разбегается по заграницам даже после обучения или работы в Европе или США. Понятие «мультикультурализм» не имеет перевода на исландском языке.

Миграционная политика всех исландских правительств заключалась и заключается в полном запрете миграции в страну. Иностранцу получить исландское гражданство практически невозможно. Как и право на работу и разрешение на длительное пребывание в стране. Исключения делаются для дипломатов и стратегически важных объектов. Персонал для заводов по выпуску алюминия и серы завозился из Германии и Польши после приёма специальных законов! Регламентирующих обязательный отъезд европейских «заробитчан» после завершения строительства и обучения местных кадров. Коренные жители Норвегии, Дании, Швеции и Фарерских островов законодательно выделены в особую категорию, им теоретически доступно переселение в Исландию. Всем остальным – запрещено.

Подобная юридическая теория и государственная практика абсолютно противоречат миграционной политике Евросоюза. На примерах Дании, Швеции, Финляндии, Норвегии исландцы прекрасно видят динамику процессов явочного переселения. Более 8% датчан – выходцы из стран Азии и Африки, речь идет о полноправных гражданах. В Финляндию в прошлом году прибыло 30.000 незаконных переселенцев, в Швецию – свыше 160.000. В норвежской столице Осло уже сегодня работает больше мусульманских мечетей, чем христианских церквей и храмов. Взрывы в Париже и Брюсселе, репортажи из лагерей беженцев под Кале и на итальянском побережье, виды этнорайонов европейских мегаполисов отобьют охоту к любой интеграции.

Небольшая Исландия изолирована от миграционных потоков морскими просторами, жёсткими законами, государственной политикой и замкнутостью населения. Всего одной бездарности Брюсселя относительно наплыва беженцев достаточно для окончательного отзыва исландской заявки на пребывание в некогда уважаемом проекте под названием «Евросоюз».

Источник новости

Читайте также: