Олимпийские игры и политика

И вот все вновь смогли убедиться в этом. Пекин или Алматы — один из этих двух городов точно станет организатором Зимних олимпийских игр 2022 года. Может быть так, что население Гамбурга вскоре тоже будет испытывать уверенность в том, что Олимпийские игры 2024 года пройдут в их городе. Разве Гамбург, Пекин или Алматы — это не города, воодушевленные спортом, обладающие грандиозными планами на проведение игр? Разве жители этих городов не заслужили «спектакль колец»? Конечно, заслужили. Только дело не в этом.

Выбор страны-хозяйки Олимпийских игр связан со спортивной политикой и экономическими аргументами, все остальное намного менее важно. То же самое касается чемпионатов мира по футболу. Ближайшие турниры будут проводиться в России Владимира Путина и в Катаре. Катар по своей площади равен северной части Гессена, население страны сопоставимо с населением Вупперталя, а любовь к футболу там меньше, чем к гонкам на верблюдах или соколиной охоте. За право проведения чемпионата мира 2022 года боролись также США, Австралия и азиатские футбольные державы Япония и Южная Корея. Но был выбран Катар. Почему? Этим вопросом сейчас занимаются ФБР и швейцарская прокуратура.

Альбервиль, Нагано, Солт-Лейк-Сити — курьезная история по каждому случаю

Во время гонки за право проведения ЧМ по футболу или Олимпийских игр составляются толстенные отчеты стран-кандидатов объемом в несколько тысяч страниц, выпускаются доклады по итогам визитов комиссий в эти страны. Проходят проверки и тесты, все детально контролируется. Только вот конечный результат этих проверок никого не волнует. По крайней мере, спортивных функционеров. Но хотя есть и те, кто обращает на отчеты внимание, но их голоса практически не учитываются, ведь в МОК голосуют порядка 110 членов организации. То, что никогда не выигрывает кандидат, лучший с точки зрения спортивной и технической подготовки, подтверждает, какую незначительную роль играют в процессе выбора столь часто цитируемые доклады.

Ни один член МОК не обязан следовать рекомендациям докладов. Также как и в ФИФА, для представителей МОК характерна лоббистская работа. Беседы у камина с советниками и агентами, досье о слабостях и предпочтениях людей с правом голоса циркулируют от выборов к выборам. Для чего нужны эти хорошо оплачиваемые лоббисты — остается тайной ФИФА и МОК. И Мюнхен, будучи кандидатом на проведение ЧМ 2018, нанимал дорогостоящих советников.

Зимние игры являются игровым мячом в политике спорта, к тому же они остаются в тени самого важного праздника в мире спорта — Летних олимпийских игр. От них в восторге весь мир и каждый в МОК. Зимние виды спорта не вызывают уже былой эйфории и на территории от подножия Альп до побережья Северного моря.

Давайте взглянем на прошедшие четверть века. То, что все доклады представляют собой макулатуру, стало ясно, самое позднее, после выбора места проведения Зимней Олимпиады в 1992 году. Выбор пал в пользу французского городка Альбервиль — в качестве компенсации. Летняя Олимпиада 1992 года была зарезервирована за главой МОК Хуаном Антонио Самаранчем, они проводились в Барселоне. Фаворит, Париж, остался в стороне. Зимняя олимпиада в Альбервиле стала утешением для французов.

Зимние олимпийские игры 1994 года прошли в норвежском Лиллехаммере. В этот раз Самаранч проводил PR-кампанию, которая должна была принести МОК Нобелевскую премию мира, которая самым случайным образом вручается именно в Норвегии. Когда все это выяснилось, стыдно было невероятно. Что касается Игр в Нагано в 1998 году, миллиардеру Йошиаки Цуцуми нужно было привязать свои частные владения к железнодорожному сообщению за государственный счет — для этого ему были нужны игры. Цуцуми профинансировал любимый проект Самаранча — олимпийский музей в Лозанне, вложив в него 20 миллионов долларов. Когда после проведения игр японские власти узнали о коррупционном скандале, внезапно сгорел олимпийский архив в Нагано. Цуцуми в 2005 году оказался за решеткой из-за фальсификаций финансовой отчетности. Со времен Нагано, когда фермеры массово лишались своей собственности, протесты собственников земель для МОК больше не какая-то ерунда.

Угрозы в адрес бывших функционеров

При выборе Солт-Лейк-Сити в качестве хозяйки игр 2002 года впервые официально зашла речь о коррупции. МОК пришлось уволить часть персонала и провести ряд реформ. О тех реформах положительно отзываются и по сей день, хотя и после этой истории олимпийские функционеры оказывались в эпицентре скандалов. Тогда, в ходе скандала вокруг Солт-Лейк-Сити позиции сдал швейцарский фаворит Сьона, боровшийся за право проведения Олимпиады 2006 года. Обнародован скандал был именно президентом МОК, швейцарцем Марком Ходлером. Тогда МОК внезапно проникся чувствами к поддерживаемому Джанни Аньелли скорее индустриальному, нежели спортивному городу — Турину.

В 2010 году выиграл Ванкувер, обойдя на несколько голосов Пхёнчхан, который, вероятно, сулил МОК слишком рискованную перспективу, к тому же автором заявки был Ун Йонг Ким, бывший сотрудником спецслужб, который однажды чуть ли не стал преемником Самаранча. Вскоре он оказался за решеткой и писал оттуда письма с угрозами в адрес бывших коллег-функционеров.

В 2007 году, в ходе выбора места проведения Зимней Олимпиады в Гватемале, выиграл Сочи. У конкурента, Зальцбурга, были лучшие показатели, как и у южнокорейского Пхёнчхана. В летней резиденции Владимира Путина на черноморском побережье контрольный штаб МОК мог увидеть лишь на макетах, как будут выглядеть будущие спортивные объекты. Намного более действенным, чем доклады, стало приглашение Владимиром Путиным на ужин накануне голосования.

Свежи воспоминания о поражении Мюнхена в борьбе с Пхёнчхан в 2011 году в Дурбане. Дважды южнокорейский зимний курорт проигрывал, не дотянув чуть-чуть, и все знали, что в этот раз альтернативы не будет. Видимо, только тогдашний немецкий глава спортивного союза Томас Бах этого не знал. Он и его команда говорили о шансах Мюнхена. Затем последовало горькое поражение.

В пятницу в гонку вступают Пекин и Алматы. Мегаполисы двух стран, в которых ситуация с правами человека не блестящая. МОК пожнет то, что посеял. Жители Мюнхена, Стокгольма и Осло подозревали, как решаются вопросы и показали «кружку колец» красную карточку. Это были решения не против игр, а против тех, кто занимается их продвижением на рынке.

Источник новости

Читайте также: