Греки, немцы и конечные сроки

Легко сбиться со счета «конечных» сроков, которые были нарушены в последние пять месяцев переговоров между Грецией и ее кредиторами. Последним из них будет воскресенье, когда, по данным президента Европейского совета Дональда Туска, Греция столкнется с «по-настоящему финальным звонком». При этом вполне возможно, что греки не до конца верят, что он будет последним.

Кое-что пошло не так с утомительными антикризисными переговорами, и это можно, скорее, отнести к культурным различиям, но не идеологическим, техническим или даже материально-правовым проблемам. Несмотря на то, что и бывший министр финансов Греции Янис Варуфакис (Yanis Varoufakis), и его преемник, Эвклид Цакалотос (Euclid Tsakalotos), обучены англичанами, греки всегда проводили переговоры, ну, как греки … и это могло усилить раздражение их североевропейских коллег и привело в итоге к нынешней тупиковой ситуации.

Председателя Еврокомиссии Жана-Клода Юнкера (Jean-Claude Juncker) впервые увидели растерянным и затем заметно рассердившимся, когда премьер-министр Греции Алексис Ципрас сначала — за закрытыми дверями — согласился с определенными условиями, но затем изменил мнение и назвал — в греческом парламенте — эти условия «абсурдными». «У меня нет личной проблемы с Алексисом Ципрасом, совсем наоборот, — сказал Юнкер. — Он был мой друг, он и сейчас мой друг. Но дружба, чтобы её поддерживать, должна соблюдать какой-то минимум правил».

Однако греки, может быть, играют по другим правилам. В 1960 году антрополог Эдвард Холл (Edward T. Hall) написал, что греческая культура видит договор «как некую промежуточную станцию на пути к переговорам, которые прекратятся только тогда, когда работа будет завершена». Иными словами, то, что могло бы считаться твердым соглашением, является просто началом переговоров, отправной точкой для дальнейшего торга.

В ходе переговоров греки служили причиной разочарования, давая обещания отправить предложение в определенное время, а затем не могли довести начатое до конца. После одного такого инцидента в прошлом месяце Юнкер взорвался. «Алексис Ципрас пообещал, что в четверг вечером он представит второе предложение, — сказал он. — Затем он сказал, что представит его в пятницу. Затем он сказал, что позвонит в субботу. Но я так и не получил это предложение, однако, тем не менее, надеюсь получить его в ближайшее время».

Возможно, Юнкеру следовало поискать совета в научной статье Рене Хиршон (Renee Hirschon) из Оксфордского университета, которую она опубликовала в 2012 году под названием «Культурные расхождения: греческие понятия времени, личности и власти в контексте Европы» («Cultural Mismatches: Greek Concepts of Time, Personal Identity, and Authority in the Context of Europe»):

«Я предполагаю, что то, что я называю „досовременным“ подходом (или „незападным“) к вопросам планирования рабочего времени, по-прежнему преобладает в Греции и обоснование этому можно найти в том, что эта страна не последовала по пути индустриализации развитых стран ЕС. Что касается конкретно вопроса времени, эти особенности включают эластичный и неточный подход, воззрение о возможности вернуться назад и иметь пространство для маневра, обычай, основанный на чувстве сезонных изменений и природных процессов, короче, это циклическая модальность, не линейная, и это противоречит современным западноевропейским представлениям о действительном поведении времени».

Она продолжает:

«Характерной особенностью является способ, которым зафиксированные сроки доводятся до крайнего предела. На жалобы по опозданию с выполнением какого либо проекта следует стандартный ответ, что главное — это выполнить задание, а сроки имеют меньшее значение».

Хиршон утверждает, что, поскольку большинство греков работает в частном секторе — 85%, наибольшая доля в Европейском Союзе, — в малых и средних, в основном семейных предприятиях, они менее обеспокоены производительностью и плотным графиком работы. И это делает деловое общение в Греции более неформальным, чем в Германии или Великобритании.

Хиршон говорит, что на ранних стадиях взаимодействия Греции с тройкой кредиторов — ЕС, Европейским Центральным Банком и Международным валютным фондом — обнаружились знакомые греческие реакций. Они включают то, что она называет «словесной безответственностью», малое значение, придаваемое обещаниям и угрозам, а также отсутствие уважения к установленным правилам. Ее теория состоит в том, что эти «тактики выживания» возникли как реакции на периоды авторитарного правления, последний из которых случился при военной хунте в 1967–1974 годах.

Идеальная «Европа солидарности», которую Ципрас постоянно упоминает в своих речах, должна была бы лучше понимать эти характерные культурные особенности. Европейские лидеры могли бы получить лучший результат от диалога с Грецией, если бы сосредоточились на поиске взаимоприемлемого результата вместо фокусирования внимания на узких моментах исполнения установленных сроков и правил.

Европа, как бы то ни было, не является одной большой счастливой семьей. Это эксперимент по объединению людей с широко расходящимися культурами ведения бизнеса и понятиями о приличиях. Румыния, Греция, Испания, Германия и Дания имеют разные культуры и живут в разных эпохах экономического развития. Вполне вероятно, что монетарный союз, который их всех объединяет, — это план, построенный на песке, по крайней мере, до тех пор, пока различия между ними не уменьшатся.

Европейский Союз, однако, шире, чем еврозона, и это значит, что дело не только в деньгах. Это понимание культурного разнообразия и выравнивание уровней развития. Эта часть миссии не должна быть слишком жестко регламентирована.

Источник новости

Читайте также: