Будет ли играть юанизации ключевую роль в мировой экономике?

Международные СМИ много пишут о БРИКС. Несомненно, за последние годы блок из пяти стран укрепил свое участие в мировой экономике, непосредственно конкурируя с Соединенными Штатами и Евросоюзом. Тем не менее, обстоятельства, касающиеся нового банка развития и договора о создании пула условных валютных резервов, со всей очевидностью подтверждают, что участники блока отказываются покидать орбиту доллара, чтобы, таким образом, разрушить оболочку Бреттон-Вудских финансовых институтов.

В российском городе Уфа, почти у самого подножия Уральских гор, завершился саммит блока БРИКС, состоящего из Бразилии, России, Индии, Китая и ЮАР, а также Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), объединяющей Китай, Казахстан, Киргизию, Россию, Таджикистан и Узбекистан.

В части финансового сотрудничества страны БРИКС сообщили подробности, касающиеся нового банка развития, также, как и договора о создании пула условных валютных резервов. Тем не менее, modus operandi обеих организаций показал, что ни та, ни другая не способствует глобальной дедолларизации. Дело в том, что кредиты нового банка развития БРИКС деноминируются в долларах, то же произойдет с обеспеченной договором о создании пула условных валютных резервов ликвидностью, которой, кроме того, потребуется поручительство Международного валютного фонда (МВФ) в качестве стабилизатора платежного баланса БРИКС.

Зато Китай действительно – и в одиночку — подрывает господство доллара за счет юанизации мировой экономики. Будь то введение двустороннего обмена валют («swap») между центральными банками или учреждение банков, применяющих механизмы прямых расчетов («клиринг-банков»), или предоставление квот для участия в китайской программе для профессиональных иностранных институциональных инвесторов в жэньминьби (юанях) (англ.сокр. RQFII) – «народная валюта» (“жэньминьби») прокладывает себе путь.

Тем не менее, следует подчеркнуть, что Китай продвигает юань исключительно через двусторонние соглашения, упуская таким образом дополнительные возможности своих учреждений для финансирования инфраструктуры, поддерживаемых, в большинстве своем, странами с переходной экономикой. Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (анг.сокр.AIIB), Фонд Шёлкового пути (англ. «Silk Road Fund») и новый банк развития БРИКС будут осуществлять все кредитные операции в долларах.

Следовательно, хотя и очевидно, что по объему резервов, имеющихся у 3 финансовых учреждений (240 миллиардов долларов), Китай бросает вызов господству МВФ и Всемирного банка, он, в свою очередь, держит на своих плечах Империю доллара, краеугольный камень Международной валютной системы, учрежденной в 1944 году.

Внутри блока БРИКС движущая сила юаня второстепенна. До настоящего времени ни один член БРИКС не проявил готовности участвовать в китайской программе для профессиональных иностранных институциональных инвесторов в юанях. Только на прошлой неделе Южноафриканская республика стала первым членом БРИКС, учредившим банк, применяющий механизмы прямых расчетов («клиринг-банк»), в целях упрощения проведения операций в юанях.

В случае с Индией ни географическая близость, ни геоэкономическая взаимодополняемость с Китаем не способствуют тому, чтобы премьер-министр Наредра Моди просил у дверей Народного банка Китая (англ.сокр.PBOC) о заключении своп-соглашения для защиты своей страны от волатильности доллара.

Откуда такое сопротивление укреплению юаня? Что происходит с сотрудничеством в блоке? По данным МВФ совокупный ВВП в 2014 году достиг 16,9 миллиардов долларов (в текущих ценах), т.е. сумму, составляющую более четверти (27%) мирового ВВП. Несмотря на то, что наблюдается уменьшение норм накопления капитала, рост мировой экономики за последнюю декаду наполовину произошёл за счет блока БРИКС.

Тем не менее, эти исторические данные контрастируют с малыми объемами торговли и инвестиций между странами БРИКС. В то время как объем экспорта БРИКС (336 миллиардов долларов) составляет 16% от общего объема экспорта, внешнеторговые операции внутри блока едва достигают 1,5% от общемирового.

То же самое происходит в случае с инвестициями, за исключением многомиллионных проектов, запущенных Китаем. По данным Конференции ООН по торговле и развитию (англ.сокр.UNCTAD) приток капиталов между Бразилией, Россией, Индией и ЮАР очень мал и едва ли равен 5% от общей суммы инвестиций 4 стран.

Ввиду такого развития событий необходимо, чтобы страны БРИКС пришли к соглашению по 3 основополагающим вопросам. Во-первых, блок БРИКС должен ускорить создание «единого экономического союза» для углубления взаимодействия в промышленной, технологической, энергетической, финансовой и прочих сферах.

Во-вторых, создание зоны свободной торговли (анг.сокр.FTA) БРИКС стало бы решительным шагом к расширению экономических связей между членами блока пяти стран. В этом направлении Китай должен был бы увеличить объем своего импорта для снижения диспропорции в торговле.

В-третьих, наконец, необходимо срочно покинуть орбиту доллара. Будь то создание «набора валют» или содействие использованию юаня, страны БРИКС должны бросить вызов гегемонии североамериканской валюты.

В итоге, если БРИКС по-прежнему не будет применять юань в большинстве своих операций, в дальнейшем станет невозможным превращение поддерживаемых Китаем инициатив финансирования инфраструктуры (Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Фонда Шёлкового пути и банка развития БРИКС) в фундамент многополярной валютной системы.

Источник новости

Источник новости

Читайте также: