Каспий остается неделимым

Во времена Советского Союза Каспийское море фактически являлось его внутренним водоемом. У Ирана было 13,8% каспийской акватории, остальная часть относилась к СССР. После распада Союза береговую черту моря разделили Россия, Иран, Азербайджан, Туркменистан и Казахстан. Соответственно, появилась необходимость в выработке новых договоренностей между пятью странами, но и сейчас правовой статус Каспия определяется Договором между РСФСР и Персией от 26 февраля 1921 года и Договором о торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 25 марта 1940 года.

В целях выработки Конвенции о правовом статусе Каспийского моря в 1996 году образовалась специальная рабочая группа на уровне заместителей министров иностранных дел. Состоялись четыре саммита прикаспийских государств — в 2002 году в Ашхабаде, в 2007-м в Тегеране, в 2010-м в Баку и осенью 2014 года в Астрахани. На предстоящий же в 2016 году саммит в Астане заведующий отделом Кавказа Института стран СНГ Владимир Евсеев не возлагает больших надежд.

«Окончательное решение в определении конечного статуса Каспийского моря недостижимо, — уверен Владимир Евсеев. — Стороны могут договориться о взаимодействии в решении экологических проблем, о том, чтобы совместно использовать территориальные воды для судоходства, определить квоты для отлова рыбы, но решения самого сложного вопроса о прокладке Транскаспийского газопровода из Туркмении в Азербайджан в обход России не будет. Между этими двумя сторонами есть территориальные споры, осложненные тем, что затрагивают углеводородные месторождения».

Расхождения во взглядах между прикаспийскими странами касаются разграничения акватории, недр и шельфа. Позиция России — разделить недра и шельф при сохранении общего пользования водами Каспия. Казахстан и Азербайджан поддерживают Россию, осложняет ситуацию Иран, выступающий за деление шельфа и акватории на равные части. Владимир Лепехин, директор института ЕврАзЭс, согласен с Евсеевым, что окончательного решения по статусу Каспия в скором будущем достичь не удастся. Эксперт особо обращает внимание на роль Ирана, который находится в сложном положении, и это влияет на его способность принимать решения.

«Сложно сказать, как удовлетворить интересы всех сторон, несмотря на то что есть прогресс в отношениях. Многое зависит от Туркменистана и Ирана в достижении консенсуса, — говорит Лепехин. — Если Туркмения с Азербайджаном могут договориться, то с Ираном сложнее. Иран находится под мощным прессом американской дипломатии, против него ведется война, я имею в виду шиитов в Сирии, Йемене и Ираке. И потому Тегеран чаще проявляет принципиальность», — подчеркнул эксперт.

Нефтегазовая геополитика

«Каспийское море сейчас — это своего рода второй Персидский залив. Все решения, которые принимаются в его отношении, так или иначе связаны с топливно-энергетическим комплексом. Это нефтегазовая геополитика. Решение каспийского вопроса откроет для ряда стран возможности транспортировки энергоресурсов», — отмечает директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин.

Когда Россия объявила о проекте «Турецкий поток» вместо нереализованного «Южного потока», Евросоюз с Туркменией и Азербайджаном начал проект строительства конкурирующего Транскаспийского газопровода. Реализация проекта возможна только после определения правового статуса Каспийского моря. Участию Ирана в нефтегазовых вопросах мешает режим санкций, введенных против него.

«Возможны две стратегии. Первая — затягивание решения вопроса, но здесь нет долгосрочной перспективы, — полагает Пикин. — Если с Ирана снимут санкции, а я думаю, это случится осенью, то Иран начнет давление, стремясь наращивать свое присутствие в Европе газом. Вторая стратегия заключается в том, что вопрос статуса Каспия будет решаться не одной стороной, а по принципу «многих ключей». Позиция каждой страны зависит от действий другой, и они конкурируют между собой».

По мнению эксперта, что касается нефти, то здесь Россия на более выгодных позициях, и добычу нефти на каспийском шельфе рентабельно развернуть в нашу сторону, в ситуации, когда в мире осталась либо тяжелая, либо трудноизвлекаемая нефть.

Каспийский кризис

Обоснованы опасения, что сочетание в Каспийском море интересов различных стран с отсутствием перспективы их решения вполне может привести к кризису. «Хотя Каспийское море и демилитаризованная зона, но может начаться бряцание оружием, могут попытаться решить энергетические вопросы не только дипломатическими методами», — предупреждает Сергей Пикин.

В свою очередь, Владимир Евсеев замечает, что есть попытки милитаризации региона со стороны США, но ситуация пока не критична. «Спасает то, что это замкнутая акватория и вход в нее возможен только через Россию, через Волго-Донской канал, чего наша страна, разумеется, не допустит. Но США тем временем строят ряд военных объектов, военную базу НАТО в порту Актау, поставляют катера, всячески способствуют милитаризации всего Каспийского моря, а Россия противостоит этим попыткам. Как позитивный момент можно отметить недавние российско-азербайджанские военно-морские учения», — рассказывает Евсеев.

Иранско-советские соглашения подразумевали запрет на плавание судов под флагами некаспийских стран, но они не регулировали статус Каспия — как «моря» или как «озера». Дело в том, что озеро относится к внутренним водам — суверенным территориям прибрежных государств, на которые не распространяется международный режим и где действует принцип невмешательства ООН во внутренние дела государств. В случае со статусом «море» государства, расположенные вдали от Каспия, получают такие же права на пользования акваторией.

В свое время была инициатива создать общий каспийский флот. После распада СССР Каспийскую флотилию разделили между государствами СНГ. Российскую Каспийскую флотилию переместили из Баку в Махачкалу и Астрахань, но и сейчас она является наиболее мощной в акватории.

Вопрос исторической справедливости

Несмотря на то что Россия является правопреемницей СССР, ей приходится вести себя крайне осторожно в отношении Каспийского моря, замечает Владимир Лепехин. «Россия не продавливает жестко свои интересы, чтобы не быть обвиненной в имперских амбициях. Поэтому пальма первенства на переговорах отдается Казахстану и Азербайджану», — говорит эксперт.

С другой стороны, Лепехин согласен с тем, что Каспийский регион представляет интерес для США с точки зрения углеводородов и транспортно-торговых путей и сейчас находится под пристальным наблюдением американских спецслужб, которые активно работают в Азербайджане и Туркмении.

«Граница сферы интересов США, Китая и Евразийского экономического союза сместилась с Большого Кавказа на восток, сегодня она проходит по Каспийскому морю. Поэтому учитывая взрывоопасность этого региона, Россия сейчас не делает резких шагов», — заключает Владимир Лепехин.

В связи с этим для экспертов представляется идеальным придерживаться исторических стандартов, а именно: разделить Каспийское море на две части — Северное, которое будет принадлежать России, нашему партеру по ЕАЭС Казахстану и частично Азербайджану и Туркменистану. Меньшая же часть, Южное Каспийское море, будет принадлежать Ирану в той же доле (13,8%), что и предполагало советско-иранское соглашение, которое было признано международным сообществом и действовало на протяжении многих лет.

Источник новости

Источник новости

Читайте также: