Игры, где есть границы

После того как в течение нескольких лет я все время забывал про Евровидение, в этом году мне довелось посмотреть кусочек фестиваля и вновь убедиться в том, что за отсутствием качественной музыки именно геополитика остается главным ключом к пониманию голосования национальных жюри. Греция дает десять баллов Кипру, который возвращает восемь очков Греции. Отношения между соперниками еще более очевидны: Азербайджан никогда не даст баллы Армении, а Армения всегда дает ноль Азербайджану, а вот Грузия — которой нужно поддерживать хорошие отношения с обоими — оценивает в десять очков ужасную азербайджанскую песню и в двенадцать баллов — армянскую музыку, которую — возможно, к счастью — я не слышал.

Гвоздем вечера стало выступление российского жюри. «Привет, Вена! — восклицает телеведущий из Москвы, — говорит Матушка-Россия», таким образом, вводя разоблачающее семейное измерение. Выражение «Россия-Матушка» русские патриоты используют для обращения к своей стране, но в этом конкретном контексте оно прозвучало довольно неприлично, как будто Россия также была властной и деспотичной матерью для остальных европейцев. Когда российский ведущий дошел до желанных двенадцати баллов, он сделал паузу, чтобы сообщить: «Россия дает двенадцать очков … России!» Короткий момент неловкости. И через полсекунды жюри восстанавливает порядок, объявляя правильные итоги голосования под смех российского ведущего и всеобщее удивление.

Внезапно перед нами оказалась уже не Матушка Россия, а скорее типичная фигура эдакого двоюродного братца, произносящего неудачные шутки на семейных праздниках. А может быть, и нет: телеведущий, объявлявший оценки жюри, как и все хорошие юмористы, знал, как обыграть момент всеобщего смущения. Если другие европейцы ожидают, что Россия покажет свою невоспитанность, что ее руководство авторитарно и считается только с собственными интересами, нет ничего лучше, чем обыграть эти ожидания, объявив, что Россия дает наивысший балл самой себе, а потом — в момент разрядки — поймать нас на этом явном предрассудке.

***

Если бы можно было рассмотреть Европу как одну семью, то она очевидно пребывает на стадии изменений. В прошлогоднем конкурсе победила бородатая певица из Австрии Кончита Вурст, и семья объединилась, чтобы принять ее в свое лоно. В этом году конкурс проходил в тот же день, когда стало известно, что самая католическая из всех — Ирландия, где лишь несколько лет назад не допускались даже гетеросексуальные разводы, по результатам референдума легализовала однополые браки. На другом конце земного шара у Европы оказалась кузина: еще больше усиливая ономастическую путаницу, Австрия приняла у себя исполнителя из Австралии. В семье обнаруживаются и мусульмане из Албании и Боснии (но арабы пока в нее не входят: когда же очередь Палестины?). Израиль участвует в конкурсе давно, Азербайджан и Кипр тоже поют, находясь за пределами континента. Как и положено на семейных собраниях, часть развлечений обусловлена отсутствием вкуса. По законам семейного жанра, здесь есть реакционеры, борцы за свободу и бесстыдники.

Это не ново. Сто лет назад ожидалось, что, если почти все императоры станут друг другу двоюродными братьями, в Европе вскоре сможет установиться мир. Этого не произошло. Теперь, когда у нас уже нет императоров, мы, возможно, все еще представляем собой раздражительную, шумную и не находящую взаимопонимания семью, в дом которой стучатся две войны. Из этого не извлечешь особенно грандиозных исторических теорий. По завершении Евровидения мы пришли к тем же итогам, которыми обыкновенно заканчиваются семейные встречи: вот и еще один год прошел.

Источник новости

Читайте также: